Дек 10

На Netflix состоялась ожидаемая многими премьера сериала «Сестра Рэтчед» – вольного приквела знаменитого романа Кена Кизи «Пролетая над гнездом кукушки», рассказывающего о прошлом медсестры-тирана Милдред Рэтчед.  

«Вольный», в данном случае, ключевое определение. Связь с первоисточником у творения Райана Мёрфи сугубо номинальная. Задуматься о том, с чего вдруг авторы решили фантазировать на тему личностных девиаций персонажа, чья роль в оригинале достаточно прямолинейно сводилась к олицетворению жестокости системы, по ходу просмотра зрителю придётся не раз. Ещё чаще – ловить себя на мысли, что на экране происходит какая-то дичь. 

Сестра Рэтчед

В целом проект можно описать как несмешную чёрную комедию с элементами психологического триллера. Смеяться здесь особо не над чем, но и воспринимать серьёзно что-либо достаточно сложно из-за крайне переменчивой атмосферы. При этом на первых порах сериал очень радует своей визуальной составляющей. С неё и начнём. 

Визуальная часть

Сказать, что «Сестра Рэтчед» – стильный сериал, значит обидеть создателей. После сюжетно мощного пролога, который, в свою очередь, уже намекает на то, что режиссёр и оператор знают, что делают, нас ждёт заход с козырей. Первые четыре кадра после отметки «6 месяцев спустя» – это неприкрытый выпендрёж. Из приглушённой, почти нуарной, атмосферы пролога, мы попадаем в яркое буйство teal’а и orange’а. Причём буквально. Бирюзовый океан и ярко-оранжевая листва превращаются в бирюзовую машину и ярко оранжевую дверь, которая превращается в ярко оранжевую бочку, которая превращается в ярко оранжевый шарфик на шее Милдред, что сидит за рулём бирюзовой машины. Создатели напрямую говорят нам: «Сейчас мы будем вас впечатлять». И у них получается. Особенно впечатляющими выдались два первых эпизода, поставленных шоураннером сериала Райаном Мёрфи. 

На первый взгляд может показаться, что картинка шоу слишком яркая. И да, в глаза периодически бросается излишняя сатурация волос главной героини, превращающая её почти в рыжую, дабы соблюсти сочетание с ярким типом униформы медсестёр. Но позже возникает подозрение, что цветовая насыщенность используется отнюдь не случайно. В сочетании с происходящим на экране цветастость картинки делает сериал похожим на криповатый мультфильм. Для полноты впечатления не хватает только весёлой музычки на фоне. Не помогает избавиться от навязчивого сравнения и яркий гардероб сестры Рэтчед. Пронзительно одуванчиковый костюм, в котором она впервые появляется на пороге психбольницы, придаёт ей флёра эдакой поп-артовой Мэри Поппинс. И это, скорее, комплимент художникам по костюмам. 

Однако не цветовой палитрой единой богата визуальная составляющая «Рэтчед». Взгляд искушённого зрителя не раз по ходу просмотра зацепится за прямые отсылки к Кубрику, например, или Уэсу Андерсону. Порой постановщики просто упиваются перспективой и симметрией, не забывая при этом заигрывать и с нуаром. Оно и понятно: 40-е года на дворе. 

Ratched

Но в какой-то момент авторы всё-таки не выдерживают серьёзную мину стильного триллера. Странный перекос в сторону постмодерна возникает, когда они начинают дробить наполненные саспенсом сцены на комиксовые панели. Опять же буквально – при помощи сплитскрина. Нельзя сказать, что это раздражает. Несмотря на внезапность первого появления подобного приёма, смотрится это по-прежнему интересно. Вот только относиться серьёзно ко всему происходящему после этого становится ещё сложнее. И сценарий здесь уже ничего не исправит. 

Завязка

Всё начинается с того, что Милдред Рэтчед в своём незабываемом одуванчиковом костюме приезжает на собеседование в психиатрическую больницу городка Люсия. Очень скоро выясняется, что приглашение на собеседование она подделала, а костюм и вовсе банально украла из магазина. При помощи красноречия, которому позавидовал бы Остап Бендер, она уговаривает главврача больницы взять её в штат.

Ratched

Зачем ей так нужна эта работа, раскроют в финале пилотного эпизода, по ходу которого зрителям представят шанс догадаться самим о скрытых мотивах Милдред. И эта ненавязчивая подводка, которая выстреливает за несколько минут до самого твиста, пожалуй, единственный пример, когда сериал доставляет удовольствие своей драматургией. 

Шоу было бы куда увлекательнее, если б в центре повествования стояла не предыстория культового персонажа, которая не сдалась никому, включая поклонников «Кукушки», а банальная загадка. Раскрывая карты в самом начале, создатели убивают интригу и сбивают темп сериала. После ответа на вопрос «зачем?», действие целиком ложится на плечи персонажей, которые не вытягивают. 

Персонажи

Происходит это во многом потому, что в сериале просто некому банально сопереживать. Штат больницы города Люсия, как и подобает любой истории про психушки, состоит из людей, во многом более сумасшедших, чем их пациенты. 

Заведует здесь всем доктор Хановер (Джон Джон Брионс) – безобидный, на первый взгляд, простофиля, искренне верующий в психиатрию и помощь больным. Проблема лишь в том, что он немножечко мошенник (конечно же), а Хановер – не настоящая его фамилия, хотя и очень подходящая, будучи созвучной в оригинале со словом «hangover», означающим похмелье, ибо доктор, естественно, долбит всё, что может достать из запасов клиники. 

Ratched

Помогает ему старшая медсестра Бакет (Джуди Дэвис). И дабы не ходить далеко, создатели уже в первой серии показывают нам сестру Бакет с ведром (Bucket with a bucket). Бетси Бакет поначалу предстаёт недалёкой мегерой, инфантильно влюблённой в босса, но впоследствии каким-то волшебным образом находит в себе не только проницательный ум, но и талант интриганки. Стоит ли говорить, что после изначального антагонизма, Бакет и Рэтчед становятся BFF?

Долли (Элис Энглерт) – медсестра-стажёрка. Кукольной внешности дурочка с извечной жвачкой во рту, склонностью к нимфомании и страстью к плохим парням. В местном Аркхэме выступает в роли зачаточной версии Харли Квинн, которая потенциально могла бы потягаться с оригиналом, если бы ей дали дожить до финальных титров. 

Хак (Чарли Карвер) – медбрат. Единственный адекватный персонаж в этом театре абсурда. По законам жанра обладает внешним изъяном – результатом ранения на войне. 

Ratched

Ещё больше фарса в происходящее добавляют второстепенные персонажи, не относящиеся к населению лечебницы. 

Губернатор Милберн (Винсент Д’Онофрио) – типичная надменная сволочь, типичный скользкий политик и типичный же мужлан, отпускающий сальные намёки. 

Гвендолин Бриггс (Синтия Никсон) – помощница губернатора, приоткрытая лесбиянка, состоящая в браке с темнокожим геем (к-комбо!). 

Ленора Осгуд (Шэрон Стоун) – экстравагантная дама высшего света с замашками Круэллы Де Виль и пунктиком на тему мести доктору Хановеру за неудачное лечение её сына. 

Луиза (Аманда Пламмер) – владелица мотеля, в котором живёт Милдред. Назойливая карга, вечно сующая нос не в свои дела. Из себя представляет местную версию «женщины с поленом». 

Ну и вишенки на торте психических отклонений. Эдмунд Толлесон (Финн Уиттрок) и Милдред Рэтчед (Сара Поулсон). 

Эдмунд – убийца четырёх священников, пытающийся скосить за невменяемого в больнице Люсии (привет оригинальной «Кукушке»). Подаётся как Ганнибал Лектер на минималках. При общем налёте психической нестабильности частенько проявляет чуждую для многих прочих персонажей рассудительность. И да, он «брат» Милдред. 

Мэри Сью и социопатия

По ходу всего сериала нам будут преподносить Милдред Рэтчед, как великую мастермайндшу, гениальную манипуляторшу и королеву шантажа. Возможно, это отчасти и сочетается с оригинальной сестрой Рэтчед из книги Кизи или фильма Формана, но способности героини Сары Поулсон как-то уж слишком гипертрофированны. Она, словно единоличное воплощение друзей Оушена. Причём всех сразу. 

Если что-то и идёт не согласно её плану, то обязательно ей либо повезёт, либо она найдёт способ выкрутиться, либо недавний враг резко согласится перейти на её сторону. По началу всё это изрядно попахивает Мэри Сью. Позже глобальный факап всё же случается, но даже несмотря на это, везучесть и расчётливость Милдред остаются на прежнем уровне. Всё настолько клонится к её выгоде, что даже случайная, на первый взгляд, смерть доктора Хановера кажется тонкой многоходовочкой, притом, что погиб добрый доктор по своей глупости, и предсказать подобный исход заранее было невозможно.

Ratched

Что же касается обещанной предыстории, то здесь зрителей ждёт разочарование, а сериал окончательный крах. В момент первого пересказа тяжёлой судьбы Милдред, шоу сбрасывает маску самостоятельного произведения, и становится понятно, что это очередная «Американская История Ужасов». Загадка проста, как устаревший фрейдизм – сиротство и сексуальное насилие. Притом, даже если ты действительно ждёшь этого сюжетного ревила (а к тому моменту, по сути, ничего другого сериал предоставить не в состоянии), то авторы сделают всё, чтобы ты об этом пожалел. Сакральную историю о поруганных сиротах поведают три раза. Три! Причём первый раз при помощи крипового кукольного спектакля. Типичный Мёрфи. 

Раскрывает ли представленная бэкстори оглашённую авторами задачу – попытаться заглянуть в сознание социопата и понять, что делает людей монстрами? В целом, да. Как и любая другая мощная психологическая травма, не настолько ярко искажающая образ оригинального персонажа. Учитывая, что в итоге они оставили линию военного госпиталя, где Милдред работала «ангелом милосердия», хватить могло и этого. Только тогда это бы не был сериал Райана Мёрфи, где тема страшного детства буквально красной линией проходит даже во вступительных титрах, в которых под звуки «Пляски смерти» девушка, напоминающая молодую Милдред, ведомая своеобразной нитью Ариадны, проходит сквозь ужасы жизни, пока не встречается лицом к лицу со своей завершённой инкарнацией в лице Сары Поулсон, которая решительным движением отрезает связи с прошлым. Вот только у Милдерд в самом сериале отношения с прошлым куда сложнее. 

Кто не спрятался…

Да и с настоящим не то чтобы задались. Учитывая, что её окружают сплошные маски из комедии дель арте, которым на ночь показали ретроспективу фильмов Тарантино. 

Здесь нужно отметить, что то, как во второй серии презентуют лоботомию – верное средство от забывчивости и рассеянности, по-своему даже забавно. Тёмные века психиатрии – бездонный кладезь подобной жуткой дичи. Но вот неудачный эксперимент доктора Хановера с лизергиновой кислотой, закончившийся двумя парами отрубленных конечностей, назвать забавным уже нельзя. Да и Кен Кизи, скорее всего, перевернулся в гробу от такого изображения кислотного трипа. 

Сестра Рэтчед

Если в начале сериал лишь заигрывает с макабром, то под финал на убой идут все отработавшие своё назначение персонажи. Особенно нарочитой в своей бессмысленности станет смерть Хака – милого медбрата, чья функция была показать зрителям другую сторону Милдред, милосердную сторону, человеческую. Ветеран войны погибнет от выстрела «чеховского ружья», который запустит шабаш кульминационного сумасшествия. 

Остальных второстепенных персонажей вовремя переобуют, дабы они не потеряли своей ценности. Наиболее заметные изменения претерпит сестра Бакет, которая в буквальном смысле пересядет с иглы мужского одобрения в начальническое кресло этого самого мужика, которое сама же для себя (не без помощи Милдред) и освободит.
Окончательно поедет кукухой и губернатор. В поисках электоральной поддержки он пойдёт ва-банк: объявит традиционную войну преступности и примется собственноручно сжигать осуждённых на электрическом стуле. 

Сестра Рэтчед

Но если губернатор – это, по сути, лишь сюжетный девайс, призванный своевременно активировать определённые повороты, то внезапный выход Бетси Бакет на роль главной второстепенной героини в какой-то момент удивляет, потому что развитием персонажа в классическом понимании здесь и не пахнет. Её искусственно приближают к Рэтчед, делая двух медсестёр подельницами в заговоре против доктора Хановера. А когда изначально недружелюбные друг к другу бабы начинают кооперироваться… Да, это он. Феминизм. 

Повесточка

И ведь давайте честно, Райан Мёрфи этого не скрывал – что нас ждёт феминистский хорророк на вечерок. 

Мужчины в этом сериале представлены исключительно в виде рабочей силы, которая либо толкает телегу сюжета вперёд, либо правильно подсвечивает главную героиню. И я сейчас даже про тех мужчин, кому уделено достаточно много экранного времени. Доктор Хановер – это, в принципе, просто инструмент, и он весьма быстро заканчивается, когда выходит из-под контроля. Эдмонд, несмотря на свою кажущуюся важность в сюжете, на деле всего лишь предлог. Предлог для Милдред начать свою историю, и предлог для Долли закончить свою. Про Хака и губернатора уже было сказано. Мутный частный детектив в исполнении Кори Столпа так и вовсе используются Рэтчед по прямому мужскому назначению и как путь к деньгам за голову (буквально) доктора Хановера. Да что говорить, если даже сын эксцентричной героини Шэрон Стоун, в итоге, остаётся уделанным собственной мамашей и это уже после её смерти. В финале сериала Бетси Бакет произнесёт фразу, которая раскроет карты даже не самому понятливому зрителю. Посмотрите, мол, чего могут добиться женщины, если избавятся от мужиков. 

Ratched

При этом всё же необходимо сказать, что феминистский флёр здесь не тошнотворен. Его не пихают тебе в лицо с воодушевлёнными криками: «Смотри-смотри! Сильные, независимые женщины!». Нет. Если что и заметно, так это явно сбавленный тон исторического сексизма, назовём это так. Единственный неэмансипированный представитель мужской расы в сериале – это губернатор, и потому он выглядит нарочито комично. В целом же, просто женщины, просто вертят мужиками – эка невидаль! Но Райан Мёрфи не был бы собой, если не сдобрил вполне искусно отработанную феминистическую повестку ядрёной порцией ЛГБТ. 

Да, Синтия Никсон здесь не просто так. Её героиня – помощница губернатора Гвендолин Бриггс – как бы любовный интерес Милдред Рэтчед. Вернее, наоборот: Милдред Рэтчед как бы любовный интерес Гвендолин Бриггс. Первые намёки исходят от помощницы губернатора, а социопатичная медсестра с трудным детством долго и нудно осознаёт себя. Серьёзно, более плоской и мучительной любовной линии я давненько не видал. Отношениям этим очень сильно не помогает отсутствие химии между героинями, которое можно было бы списать на социопатию Рэтчед, но почему-то не получается. Поначалу успокаивают подозрения, что Милдред принимает ухаживания Гвендолин, дабы использовать её близость к губернатору. Но позже выясняется, что это не так, и становится как-то совсем грустно. 

Сестра Рэтчед

А вот что смотрится весело, так это то, как легко и просто люди конца сороковых относятся к подобным «отклонениям». Без особой тени презрения на них хмыкает губернатор. И даже Бетси Бакет, которая на серьёзных щах пыталась лечить от лесбиянства молодую девушку, вываривая из неё бульон в ванне для гидротерапии, прознав про Милдред и Гвендолин, лишь понимающе улыбается и игриво сверкает глазами. Это ли не толерантность! 

Каст

Что касается актёрских работ, то здесь без особых откровений. Ансамбль подобран достойно, но действительно выделить при этом можно лишь нескольких артистов.  

Любимица Райана Мёрфи и поклонница его творчества Сара Поулсон отлично справляется с ролью глубоко травмированного человека, зажатого в узкие эмоциональные рамки своей внутренней стены. Её героиня с одним и тем же беспристрастным выражением лица сжигает в печи очередную жертву и целует свою любовницу. В семидесятые за подобное давали «Оскар». Сейчас это выглядит немного однотонно. Отметить стоит и Финна Уиттрока, чей Эдмонд получился запоминающимся, несмотря на то, что большую часть времени персонаж проводит за решёткой.

Ratched

Сравнение с Энтони Хопкинсом, наверное, было бы слишком комплиментарно, но главный номинальный маньяк сериала вышел многогранным. Уиттрок сумел показать и зверя, готового в любой момент сорваться с цепи, и испуганного мальчика, боящегося убить курицу. И ни в одной из различных ипостасей Эдмонда не чувствуется фальши, даже когда тот пытается скосить под шизофреника. 

Ratched

Очень слабо на этом фоне выглядят Синтия Никсон и Шэрон Стоун. И если вторая хотя бы пытается за счёт порой излишней эксцентрики, то у Никсон есть всего одна сцена, где она не раздражает – сцена с устрицами. Всё остальное в её исполнении очень скучно и невнятно, включая любовную линию. А вот кто прям совсем, на мой взгляд, порадовал, так это Джуди Дэвис. Если бы рядом с Рэтчед Сары Поулсон не было бы настолько удачной Бетси Бакет, то сериал, скорее всего, не спас бы даже потрясающий визуал. Это харАктерная роль, которая должна выделяться на фоне социопатичной монотонности и, хвала Будде, она выделяется. Ей, в общем-то, даже простительны эти странные метаморфозы, настолько она хороша во всём своём разнообразии. 

При этом очень жаль, что в истории про психушку так мало по-настоящему колоритных пациентов, кроме героини Софи Оконедо, страдающей расстройством множественной личности, на которой, по сути, держится финал. Работа блестящая, но одной её маловато будет. 

Эпикриз

И в этом «маловато» кроется одна из главных проблем шоу. Его маловато, как истории про психиатрическую клинику. Сюжет в какой-то момент перестаёт работать, как история про спасение блудного брата. Даже как попытка исследования социопатии он не впечатляет. Следить за жизненными перипетиями Милдред Рэтчед – не самое увлекательное занятие. Потому что сочувствовать ей сложно, а эмоционально инвестировать в абьюзивный бэкграунд неприятно. А потому вновь возникает вопрос: зачем нужна была эта предыстория? Зачем она была нужна настолько откровенно шок-контентной? Чтобы в очередной раз поведать банальность о том, как тот, над кем надругались, сам становится монстром? 

Ratched

В оригинале сестра Рэтчед была олицетворением системы и несвободы, метафорой духоты общественного строя, базирующегося на запретах и ломании индивидуальности через колено. Райан Мёрфи отмёл все метафоры и сосредоточился на частном случае. Америки при этом не открыл, Милдред, как и все мы, оказалась таки родом из детства. Всё прекрасно, только его об этом никто не просил… Никто, кроме Netflix, который уже продлил сериал на второй сезон. И, судя по всему, там «История Ужасов» разыграется на полную катушку, без всякого стеснения. Предыстория Милдред рассказана, анализировать в целом больше нечего. Остаётся только визуально добить зрителя. 

Поклонникам «Пролетая над гнездом кукушки», сериал «Сестра Рэтчед» стоит назначать лишь в крайних случаях синдрома «нечего_посмотреть» с большой осторожностью и на голодный желудок. А вот поклонники «Американской Истории Ужасов» и любители стильной картинки, возможно, смогут даже получить удовольствие.

Пост Мэри Сью и социопатия: Обзор сериала «Сестра Рэтчед» опубликован на Root Nation.

Источник: Root Nation

Дек 10

На Netflix состоялась ожидаемая многими премьера сериала «Сестра Рэтчед» – вольного приквела знаменитого романа Кена Кизи «Пролетая над гнездом кукушки», рассказывающего о прошлом медсестры-тирана Милдред Рэтчед.  

«Вольный», в данном случае, ключевое определение. Связь с первоисточником у творения Райана Мёрфи сугубо номинальная. Задуматься о том, с чего вдруг авторы решили фантазировать на тему личностных девиаций персонажа, чья роль в оригинале достаточно прямолинейно сводилась к олицетворению жестокости системы, по ходу просмотра зрителю придётся не раз. Ещё чаще – ловить себя на мысли, что на экране происходит какая-то дичь. 

Сестра Рэтчед

В целом проект можно описать как несмешную чёрную комедию с элементами психологического триллера. Смеяться здесь особо не над чем, но и воспринимать серьёзно что-либо достаточно сложно из-за крайне переменчивой атмосферы. При этом на первых порах сериал очень радует своей визуальной составляющей. С неё и начнём. 

Визуальная часть

Сказать, что «Сестра Рэтчед» – стильный сериал, значит обидеть создателей. После сюжетно мощного пролога, который, в свою очередь, уже намекает на то, что режиссёр и оператор знают, что делают, нас ждёт заход с козырей. Первые четыре кадра после отметки «6 месяцев спустя» – это неприкрытый выпендрёж. Из приглушённой, почти нуарной, атмосферы пролога, мы попадаем в яркое буйство teal’а и orange’а. Причём буквально. Бирюзовый океан и ярко-оранжевая листва превращаются в бирюзовую машину и ярко оранжевую дверь, которая превращается в ярко оранжевую бочку, которая превращается в ярко оранжевый шарфик на шее Милдред, что сидит за рулём бирюзовой машины. Создатели напрямую говорят нам: «Сейчас мы будем вас впечатлять». И у них получается. Особенно впечатляющими выдались два первых эпизода, поставленных шоураннером сериала Райаном Мёрфи. 

На первый взгляд может показаться, что картинка шоу слишком яркая. И да, в глаза периодически бросается излишняя сатурация волос главной героини, превращающая её почти в рыжую, дабы соблюсти сочетание с ярким типом униформы медсестёр. Но позже возникает подозрение, что цветовая насыщенность используется отнюдь не случайно. В сочетании с происходящим на экране цветастость картинки делает сериал похожим на криповатый мультфильм. Для полноты впечатления не хватает только весёлой музычки на фоне. Не помогает избавиться от навязчивого сравнения и яркий гардероб сестры Рэтчед. Пронзительно одуванчиковый костюм, в котором она впервые появляется на пороге психбольницы, придаёт ей флёра эдакой поп-артовой Мэри Поппинс. И это, скорее, комплимент художникам по костюмам. 

Однако не цветовой палитрой единой богата визуальная составляющая «Рэтчед». Взгляд искушённого зрителя не раз по ходу просмотра зацепится за прямые отсылки к Кубрику, например, или Уэсу Андерсону. Порой постановщики просто упиваются перспективой и симметрией, не забывая при этом заигрывать и с нуаром. Оно и понятно: 40-е года на дворе. 

Ratched

Но в какой-то момент авторы всё-таки не выдерживают серьёзную мину стильного триллера. Странный перекос в сторону постмодерна возникает, когда они начинают дробить наполненные саспенсом сцены на комиксовые панели. Опять же буквально – при помощи сплитскрина. Нельзя сказать, что это раздражает. Несмотря на внезапность первого появления подобного приёма, смотрится это по-прежнему интересно. Вот только относиться серьёзно ко всему происходящему после этого становится ещё сложнее. И сценарий здесь уже ничего не исправит. 

Завязка

Всё начинается с того, что Милдред Рэтчед в своём незабываемом одуванчиковом костюме приезжает на собеседование в психиатрическую больницу городка Люсия. Очень скоро выясняется, что приглашение на собеседование она подделала, а костюм и вовсе банально украла из магазина. При помощи красноречия, которому позавидовал бы Остап Бендер, она уговаривает главврача больницы взять её в штат.

Ratched

Зачем ей так нужна эта работа, раскроют в финале пилотного эпизода, по ходу которого зрителям представят шанс догадаться самим о скрытых мотивах Милдред. И эта ненавязчивая подводка, которая выстреливает за несколько минут до самого твиста, пожалуй, единственный пример, когда сериал доставляет удовольствие своей драматургией. 

Шоу было бы куда увлекательнее, если б в центре повествования стояла не предыстория культового персонажа, которая не сдалась никому, включая поклонников «Кукушки», а банальная загадка. Раскрывая карты в самом начале, создатели убивают интригу и сбивают темп сериала. После ответа на вопрос «зачем?», действие целиком ложится на плечи персонажей, которые не вытягивают. 

Персонажи

Происходит это во многом потому, что в сериале просто некому банально сопереживать. Штат больницы города Люсия, как и подобает любой истории про психушки, состоит из людей, во многом более сумасшедших, чем их пациенты. 

Заведует здесь всем доктор Хановер (Джон Джон Брионс) – безобидный, на первый взгляд, простофиля, искренне верующий в психиатрию и помощь больным. Проблема лишь в том, что он немножечко мошенник (конечно же), а Хановер – не настоящая его фамилия, хотя и очень подходящая, будучи созвучной в оригинале со словом «hangover», означающим похмелье, ибо доктор, естественно, долбит всё, что может достать из запасов клиники. 

Ratched

Помогает ему старшая медсестра Бакет (Джуди Дэвис). И дабы не ходить далеко, создатели уже в первой серии показывают нам сестру Бакет с ведром (Bucket with a bucket). Бетси Бакет поначалу предстаёт недалёкой мегерой, инфантильно влюблённой в босса, но впоследствии каким-то волшебным образом находит в себе не только проницательный ум, но и талант интриганки. Стоит ли говорить, что после изначального антагонизма, Бакет и Рэтчед становятся BFF?

Долли (Элис Энглерт) – медсестра-стажёрка. Кукольной внешности дурочка с извечной жвачкой во рту, склонностью к нимфомании и страстью к плохим парням. В местном Аркхэме выступает в роли зачаточной версии Харли Квинн, которая потенциально могла бы потягаться с оригиналом, если бы ей дали дожить до финальных титров. 

Хак (Чарли Карвер) – медбрат. Единственный адекватный персонаж в этом театре абсурда. По законам жанра обладает внешним изъяном – результатом ранения на войне. 

Ratched

Ещё больше фарса в происходящее добавляют второстепенные персонажи, не относящиеся к населению лечебницы. 

Губернатор Милберн (Винсент Д’Онофрио) – типичная надменная сволочь, типичный скользкий политик и типичный же мужлан, отпускающий сальные намёки. 

Гвендолин Бриггс (Синтия Никсон) – помощница губернатора, приоткрытая лесбиянка, состоящая в браке с темнокожим геем (к-комбо!). 

Ленора Осгуд (Шэрон Стоун) – экстравагантная дама высшего света с замашками Круэллы Де Виль и пунктиком на тему мести доктору Хановеру за неудачное лечение её сына. 

Луиза (Аманда Пламмер) – владелица мотеля, в котором живёт Милдред. Назойливая карга, вечно сующая нос не в свои дела. Из себя представляет местную версию «женщины с поленом». 

Ну и вишенки на торте психических отклонений. Эдмунд Толлесон (Финн Уиттрок) и Милдред Рэтчед (Сара Поулсон). 

Эдмунд – убийца четырёх священников, пытающийся скосить за невменяемого в больнице Люсии (привет оригинальной «Кукушке»). Подаётся как Ганнибал Лектер на минималках. При общем налёте психической нестабильности частенько проявляет чуждую для многих прочих персонажей рассудительность. И да, он «брат» Милдред. 

Мэри Сью и социопатия

По ходу всего сериала нам будут преподносить Милдред Рэтчед, как великую мастермайндшу, гениальную манипуляторшу и королеву шантажа. Возможно, это отчасти и сочетается с оригинальной сестрой Рэтчед из книги Кизи или фильма Формана, но способности героини Сары Поулсон как-то уж слишком гипертрофированны. Она, словно единоличное воплощение друзей Оушена. Причём всех сразу. 

Если что-то и идёт не согласно её плану, то обязательно ей либо повезёт, либо она найдёт способ выкрутиться, либо недавний враг резко согласится перейти на её сторону. По началу всё это изрядно попахивает Мэри Сью. Позже глобальный факап всё же случается, но даже несмотря на это, везучесть и расчётливость Милдред остаются на прежнем уровне. Всё настолько клонится к её выгоде, что даже случайная, на первый взгляд, смерть доктора Хановера кажется тонкой многоходовочкой, притом, что погиб добрый доктор по своей глупости, и предсказать подобный исход заранее было невозможно.

Ratched

Что же касается обещанной предыстории, то здесь зрителей ждёт разочарование, а сериал окончательный крах. В момент первого пересказа тяжёлой судьбы Милдред, шоу сбрасывает маску самостоятельного произведения, и становится понятно, что это очередная «Американская История Ужасов». Загадка проста, как устаревший фрейдизм – сиротство и сексуальное насилие. Притом, даже если ты действительно ждёшь этого сюжетного ревила (а к тому моменту, по сути, ничего другого сериал предоставить не в состоянии), то авторы сделают всё, чтобы ты об этом пожалел. Сакральную историю о поруганных сиротах поведают три раза. Три! Причём первый раз при помощи крипового кукольного спектакля. Типичный Мёрфи. 

Раскрывает ли представленная бэкстори оглашённую авторами задачу – попытаться заглянуть в сознание социопата и понять, что делает людей монстрами? В целом, да. Как и любая другая мощная психологическая травма, не настолько ярко искажающая образ оригинального персонажа. Учитывая, что в итоге они оставили линию военного госпиталя, где Милдред работала «ангелом милосердия», хватить могло и этого. Только тогда это бы не был сериал Райана Мёрфи, где тема страшного детства буквально красной линией проходит даже во вступительных титрах, в которых под звуки «Пляски смерти» девушка, напоминающая молодую Милдред, ведомая своеобразной нитью Ариадны, проходит сквозь ужасы жизни, пока не встречается лицом к лицу со своей завершённой инкарнацией в лице Сары Поулсон, которая решительным движением отрезает связи с прошлым. Вот только у Милдерд в самом сериале отношения с прошлым куда сложнее. 

Кто не спрятался…

Да и с настоящим не то чтобы задались. Учитывая, что её окружают сплошные маски из комедии дель арте, которым на ночь показали ретроспективу фильмов Тарантино. 

Здесь нужно отметить, что то, как во второй серии презентуют лоботомию – верное средство от забывчивости и рассеянности, по-своему даже забавно. Тёмные века психиатрии – бездонный кладезь подобной жуткой дичи. Но вот неудачный эксперимент доктора Хановера с лизергиновой кислотой, закончившийся двумя парами отрубленных конечностей, назвать забавным уже нельзя. Да и Кен Кизи, скорее всего, перевернулся в гробу от такого изображения кислотного трипа. 

Сестра Рэтчед

Если в начале сериал лишь заигрывает с макабром, то под финал на убой идут все отработавшие своё назначение персонажи. Особенно нарочитой в своей бессмысленности станет смерть Хака – милого медбрата, чья функция была показать зрителям другую сторону Милдред, милосердную сторону, человеческую. Ветеран войны погибнет от выстрела «чеховского ружья», который запустит шабаш кульминационного сумасшествия. 

Остальных второстепенных персонажей вовремя переобуют, дабы они не потеряли своей ценности. Наиболее заметные изменения претерпит сестра Бакет, которая в буквальном смысле пересядет с иглы мужского одобрения в начальническое кресло этого самого мужика, которое сама же для себя (не без помощи Милдред) и освободит.
Окончательно поедет кукухой и губернатор. В поисках электоральной поддержки он пойдёт ва-банк: объявит традиционную войну преступности и примется собственноручно сжигать осуждённых на электрическом стуле. 

Сестра Рэтчед

Но если губернатор – это, по сути, лишь сюжетный девайс, призванный своевременно активировать определённые повороты, то внезапный выход Бетси Бакет на роль главной второстепенной героини в какой-то момент удивляет, потому что развитием персонажа в классическом понимании здесь и не пахнет. Её искусственно приближают к Рэтчед, делая двух медсестёр подельницами в заговоре против доктора Хановера. А когда изначально недружелюбные друг к другу бабы начинают кооперироваться… Да, это он. Феминизм. 

Повесточка

И ведь давайте честно, Райан Мёрфи этого не скрывал – что нас ждёт феминистский хорророк на вечерок. 

Мужчины в этом сериале представлены исключительно в виде рабочей силы, которая либо толкает телегу сюжета вперёд, либо правильно подсвечивает главную героиню. И я сейчас даже про тех мужчин, кому уделено достаточно много экранного времени. Доктор Хановер – это, в принципе, просто инструмент, и он весьма быстро заканчивается, когда выходит из-под контроля. Эдмонд, несмотря на свою кажущуюся важность в сюжете, на деле всего лишь предлог. Предлог для Милдред начать свою историю, и предлог для Долли закончить свою. Про Хака и губернатора уже было сказано. Мутный частный детектив в исполнении Кори Столпа так и вовсе используются Рэтчед по прямому мужскому назначению и как путь к деньгам за голову (буквально) доктора Хановера. Да что говорить, если даже сын эксцентричной героини Шэрон Стоун, в итоге, остаётся уделанным собственной мамашей и это уже после её смерти. В финале сериала Бетси Бакет произнесёт фразу, которая раскроет карты даже не самому понятливому зрителю. Посмотрите, мол, чего могут добиться женщины, если избавятся от мужиков. 

Ratched

При этом всё же необходимо сказать, что феминистский флёр здесь не тошнотворен. Его не пихают тебе в лицо с воодушевлёнными криками: «Смотри-смотри! Сильные, независимые женщины!». Нет. Если что и заметно, так это явно сбавленный тон исторического сексизма, назовём это так. Единственный неэмансипированный представитель мужской расы в сериале – это губернатор, и потому он выглядит нарочито комично. В целом же, просто женщины, просто вертят мужиками – эка невидаль! Но Райан Мёрфи не был бы собой, если не сдобрил вполне искусно отработанную феминистическую повестку ядрёной порцией ЛГБТ. 

Да, Синтия Никсон здесь не просто так. Её героиня – помощница губернатора Гвендолин Бриггс – как бы любовный интерес Милдред Рэтчед. Вернее, наоборот: Милдред Рэтчед как бы любовный интерес Гвендолин Бриггс. Первые намёки исходят от помощницы губернатора, а социопатичная медсестра с трудным детством долго и нудно осознаёт себя. Серьёзно, более плоской и мучительной любовной линии я давненько не видал. Отношениям этим очень сильно не помогает отсутствие химии между героинями, которое можно было бы списать на социопатию Рэтчед, но почему-то не получается. Поначалу успокаивают подозрения, что Милдред принимает ухаживания Гвендолин, дабы использовать её близость к губернатору. Но позже выясняется, что это не так, и становится как-то совсем грустно. 

Сестра Рэтчед

А вот что смотрится весело, так это то, как легко и просто люди конца сороковых относятся к подобным «отклонениям». Без особой тени презрения на них хмыкает губернатор. И даже Бетси Бакет, которая на серьёзных щах пыталась лечить от лесбиянства молодую девушку, вываривая из неё бульон в ванне для гидротерапии, прознав про Милдред и Гвендолин, лишь понимающе улыбается и игриво сверкает глазами. Это ли не толерантность! 

Каст

Что касается актёрских работ, то здесь без особых откровений. Ансамбль подобран достойно, но действительно выделить при этом можно лишь нескольких артистов.  

Любимица Райана Мёрфи и поклонница его творчества Сара Поулсон отлично справляется с ролью глубоко травмированного человека, зажатого в узкие эмоциональные рамки своей внутренней стены. Её героиня с одним и тем же беспристрастным выражением лица сжигает в печи очередную жертву и целует свою любовницу. В семидесятые за подобное давали «Оскар». Сейчас это выглядит немного однотонно. Отметить стоит и Финна Уиттрока, чей Эдмонд получился запоминающимся, несмотря на то, что большую часть времени персонаж проводит за решёткой.

Ratched

Сравнение с Энтони Хопкинсом, наверное, было бы слишком комплиментарно, но главный номинальный маньяк сериала вышел многогранным. Уиттрок сумел показать и зверя, готового в любой момент сорваться с цепи, и испуганного мальчика, боящегося убить курицу. И ни в одной из различных ипостасей Эдмонда не чувствуется фальши, даже когда тот пытается скосить под шизофреника. 

Ratched

Очень слабо на этом фоне выглядят Синтия Никсон и Шэрон Стоун. И если вторая хотя бы пытается за счёт порой излишней эксцентрики, то у Никсон есть всего одна сцена, где она не раздражает – сцена с устрицами. Всё остальное в её исполнении очень скучно и невнятно, включая любовную линию. А вот кто прям совсем, на мой взгляд, порадовал, так это Джуди Дэвис. Если бы рядом с Рэтчед Сары Поулсон не было бы настолько удачной Бетси Бакет, то сериал, скорее всего, не спас бы даже потрясающий визуал. Это харАктерная роль, которая должна выделяться на фоне социопатичной монотонности и, хвала Будде, она выделяется. Ей, в общем-то, даже простительны эти странные метаморфозы, настолько она хороша во всём своём разнообразии. 

При этом очень жаль, что в истории про психушку так мало по-настоящему колоритных пациентов, кроме героини Софи Оконедо, страдающей расстройством множественной личности, на которой, по сути, держится финал. Работа блестящая, но одной её маловато будет. 

Эпикриз

И в этом «маловато» кроется одна из главных проблем шоу. Его маловато, как истории про психиатрическую клинику. Сюжет в какой-то момент перестаёт работать, как история про спасение блудного брата. Даже как попытка исследования социопатии он не впечатляет. Следить за жизненными перипетиями Милдред Рэтчед – не самое увлекательное занятие. Потому что сочувствовать ей сложно, а эмоционально инвестировать в абьюзивный бэкграунд неприятно. А потому вновь возникает вопрос: зачем нужна была эта предыстория? Зачем она была нужна настолько откровенно шок-контентной? Чтобы в очередной раз поведать банальность о том, как тот, над кем надругались, сам становится монстром? 

Ratched

В оригинале сестра Рэтчед была олицетворением системы и несвободы, метафорой духоты общественного строя, базирующегося на запретах и ломании индивидуальности через колено. Райан Мёрфи отмёл все метафоры и сосредоточился на частном случае. Америки при этом не открыл, Милдред, как и все мы, оказалась таки родом из детства. Всё прекрасно, только его об этом никто не просил… Никто, кроме Netflix, который уже продлил сериал на второй сезон. И, судя по всему, там «История Ужасов» разыграется на полную катушку, без всякого стеснения. Предыстория Милдред рассказана, анализировать в целом больше нечего. Остаётся только визуально добить зрителя. 

Поклонникам «Пролетая над гнездом кукушки», сериал «Сестра Рэтчед» стоит назначать лишь в крайних случаях синдрома «нечего_посмотреть» с большой осторожностью и на голодный желудок. А вот поклонники «Американской Истории Ужасов» и любители стильной картинки, возможно, смогут даже получить удовольствие.

Пост Мэри Сью и социопатия: Обзор сериала «Сестра Рэтчед» опубликован на Root Nation.

Источник: Root Nation